ИНСТИНКТОЛОГИЯ

 
  Статьи
  Патент
  Публикации
  История
  Тест

Главная

   Теория инстинктов – это наша, так сказать, мифология. Инстинкты – это мифические сущности, величественные в своей неопределенности. В нашей работе мы не можем пренебречь ими ни на минуту, при этом никогда не обладая уверенностью, что ясно их видим.

Зигмунд Фрейд


       Понятие инстинкт все шире применяется людьми разных профессий, диапазон использования варьируется между бытовым и строго научно-философским применением в академических кругах. Термин “инстинкт” проник в мир психологии, искусства, особенно телевидения и кино, широко представлен в Интернете, приобретая черты высокой моды и стиля с претензией на особую изысканность, загадочность, недосказанность. 

       Одни авторы больше склоняются к применению термина инстинкт в области биологии, что, впрочем, правильно. У животных кора     развита минимально, речь можно вести лишь о выработке простых рефлексов (например, в виде образования связей между пищевым, познавательным и оборонительным инстинктами – широко известные работы И.П. Павлова), где подкорковая деятельность “видна” более наглядно, никто не ждет от животных соблюдения нравственно-этических норм поведения. 

      Другие же используют понятие инстинкт применительно к человеческому поведению. Такая тенденция вполне оправдана. Благодаря работам Зигмунда Фрейда нам стало ясно, что крайне важно учитывать в поведении человека не только корковую, сознательную, высшую деятельность психики, но и область бессознательную, подкорковую деятельность. Тем не менее, существует разночтение даже среди специалистов по количеству и “качеству” инстинктов, такая вольная трактовка не способствует взаимопониманию между участниками, интересующиеся проблемой инстинктов (биологи, психологи, врачи, философы, искусствоведы и др.).  

     Столь расширительное толкование этого понятия до сих пор не дает единого представления об этом термине, и, как это часто бывает в науке, мы пока на стадии “жонглирования” словом-термином в различных областях знаний. Это рано или поздно приведет к совпадению понятия с конкретной ситуацией, (как ключ к замку), как это произошло, к примеру, с понятиями “либидо” или “стресс”, каждое из них прочно заняло свою “лингвистическую нишу”. 

     Несмотря на обилие разрозненных сведений о роли инстинктов в научной и художественной литературе, нет обобщающей концепции, общей закономерности взаимодействия инстинктов и их роли в психическом и физическом здоровье человека. В данном исследовании делается попытка обобщить имеющиеся в распоряжении сведения об инстинктах, чтобы уточнить место этого явления в жизни человека определить, какую роль играют инстинкты в жизни конкретного человека. 

     В понимании обычного человека, далекого от биологии и медицины, инстинкт – это нечто темное и невидимое понятие, лежащее где-то там, в глубинах мозга, в подсознании, иногда, особенно в экстремальные моменты жизни выходит наружу и устанавливает свой, ему лишь понятный порядок.

     В то же время узурпация Фрейдом трактовки инстинктивной деятельности человека, в какой – то мере заблокировал расширение круга изучаемых проблем в силу консерватизма последователей автора. Это и понятно, создан метод, приносящий неплохой доход специалистам в области психоанализа, оберегающие метод как священную корову или скорее как курицу, приносящая золотые яйца. Скорее всего, Юнг и Адлер были первыми и последними критиками идеи своего великого учителя.

   

  Введение

Научно-технический прогресс в медицине продолжает последовательно раскрывать тайную завесу в вопросах понимания ранее смутных представлений об этиологии, патогенезу и лечению многих заболеваний. Врачи перешли из состояния дефицита информации в ситуацию избытка информации, когда для исследования состояния пациента в арсенале медицины появилось большое количество инструментальных исследований и лабораторных тестов. 

Однако многие состояния больных имеют психосоматический характер, или, как часто называют их - соматоформные проявления, образно выражаясь, “плачет мозг, а слезы в теле (во внутренних органах)”. Такие состояния еще не имеют “инструментально – морфологического” облика, что затрудняет диагностику. Здесь, наверное, и проходит граница между наукой и искусством в медицине. Какое обследование назначить, какой анализ сделать, симптомы так противоречивы. Все эти вопросы подчас бывают не праздными, так как нагрузка подобных исследований ложится бременем финансовых, психологических, временных и других издержек на больных, приводя часто к ощутимым денежным расходам и разочарованию в медицине.  

Положение несколько упростило введение медико-экономических стандартов (МЭС), но, как и всякий шаблон, это помогает скорее страховым компаниям, проверяющим органам, но недостаточен для нужд индивидуального подхода к ряду неординарных проявлений многих состояний пациентов.  

С другой стороны, разобщенность “соматиков” и “психологов”, который примерно почти целый век культивировался в медицинской науке и практике, врачи меньше стали мыслить междисциплинарно. Консультация психиатра в соматической больнице часто ограничивается необходимостью перевода больного с психозом в психиатрическую больницу, и наоборот, консультация “соматика” в психиатрической больнице - для перевода больного в соматическое (психосоматическое) отделение стационара. Например, до революции психиатры прекрасно знали неврологию, а неврологи – психиатрии, вспомним примеры великих русских врачей Корсакова С.С. и Бехтерева В.М.

В западной медицине сами медики указывают на проблему узкопрофильного подхода к больным. Пациенту повезло, если он сразу “попал” к доктору, занимающимся проблемами его заболевания, в противном случае приходится обойти по кругу немало кабинетов, прежде чем встретится с “профильным” доктором. Количество методик по психологии, психотерапии, психоанализу достигают несколько сотен, в котором соматику весьма не просто сориентироваться. 

(Кроме того, врачи становятся подобием солдат в окопах. Они “отстреливаются”, кто из пулемета УЗИ, кто из автомата ЭКГ, а кто из рентгеновских пушек и гаубиц МРТ и КТ. Получается, что у больного скапливается много заключений инструментальных и других исследований, но иногда некому собрать воедино массив информации и сделать верное клиническое заключение. Работа врача часто напоминает известную игру в морской бой с назначением анализов, аппаратного обследования и лечения.

В такой ситуации полезен философский подход для понимания целостной картины болезни, чтобы правильно оценить сложную иерархию патологии больного, включающий генетический, биологический, физиологический и психосоматический уровни. Еще древние греки считали, что “врач – философ подобен богу”. Нужна некая матрица, как дорожная карта, в поисках истины на пути выявления загадки болезни. С этой целью следует учитывать также биологические инстинкты, которые до сих пор недостаточно учитываются (точнее – вообще не учитываются) в системном подходе медицинской практики.  



  Главная · Новости · Статьи · Патент · История · Тест · Контакты · Поиск · Карта сайта